Строительство храма парк торфянка

Крошечная территория огромного парка огорожена металлическим забором, вместо полноценного храма – вагончик-времянка и поклонный крест. Окружающий мир – через решетку. Клокочущая за периметром толпа, выкрикивающая оскорбления, провоцирующая скандал, сигналящая автомобильными клаксонами во время пения акафиста – все это создает ощущение настоящего гетто, выйти за пределы которого неуютно и чревато. Православных неоднократно били, осыпали бранью и смешками, буквально обливали йогуртами и какой-то иной дрянью.

И это не сербский анклав в окружении враждебной албанской среды, и не коптский район, обложенный арабскими радикалами – это центр России, Северо-Восточная окраина Москвы, сердце Третьего Рима. Трудно представить, что в государстве, когда-то созданном православием, достигшем вершин величия, как православная империя, само православие будет столь откровенно подвергаться гонениям.

Это дурная история продолжается уже второй год – собравшаяся со всех концов Москвы шушера пытается помешать местным православным возвести церковь, чтобы молиться и жить нормальной жизнью церковного прихода в собственном районе. Иначе – ехать за тридевять земель. Церкви в этом изначально пролетарском, советском месте на карте столицы не было отродясь. Советские строители светлого будущего предполагали, что человека должно беспокоить исключительно материальное, а души как-то вот не существует. Однако стихийно сформировавшаяся тусовка русофобов решила буквально костьми лечь, но не допустить строительства церкви в районе. И придумала аргументы, самые надуманные и откровенно идиотские, явно свидетельствующие о нарушениях логики на границе с отклонениями психики: о том, что маленькая церковь, занимающая около процента территории парка, «уничтожит природу», о том, что звон колоколов станет будить жителей окрестных домов, о том, что «гундяевские попы» будут «стричь копейку» с местных бабушек. И есть ощущение, что это не предел, границ для альтернативномыслящего сознания, как известно, просто не бывает.

Эти заряженные лютой ненавистью к православию индивидуумы, довольно быстро сколотились в структуру, каждое воскресенье устраивая здесь громкие перформансы и потасовки. Причем именно сейчас они стали немного потише, ограничиваясь громким смехом, автомобильными сиренами и скандированием: «Вон из парка!» и почему-то «Путин вор!», хотя что конкретно украл президент страны у этих людей, внятно объяснить не сможет ни один из них. Возможно, мечту о том, что они смогут вершить суд и творить все, что им заблагорассудится исключительно по собственному усмотрению. Пока же получается только гадить.

По словам Шубина, сейчас храмофобы снизили активность, поскольку до этого они свистели в свистки, включали громкую музыку, били православных, даже угрожали убийством, в том числе и женщинам. Теперь такого нет, они просто приезжают к месту воскресного молебна на двух автобусах, рассаживаются вдоль периметра на пластмассовых стульчиках и начинают галдеть и хохотать, на свой извращенный лад комментируя происходящее. Ну и автобусы призывно и протяжно гудят.

А все потому, что по ряду инцидентов были возбуждены уголовные дела по мотивам разжигания религиозной ненависти и вражды, а также за препятствование совершению законного богослужения. Правоохранители опросили представителей беснующейся тусовки, провели у них обыски, сейчас проходит экспертиза всех их художеств, которые были засняты прихожанами на видео.

Они берут истерикой, глоткой, отсутствием тормозов, стыда и приличий. Могут поначалу петь, что нужно «разрушить эту тюрьму», имея в виду государство, а потом громко верещать: «Полиция!», когда взяли за шкирку – не всегда мужчинам-прихожанам удавалось смиренно наблюдать за их художествами. Но пока у них кое-что получается – храма все-таки нет. И от того, как быстро удастся его построить, будет понятно, кто на русской земле хозяин.

Русские люди, за которыми сонм святых и более чем тысячелетия истории и традиции, или же клокочущая масса выруси, ненавидящая основы, в том числе и нашу Святую Веру.

И как ни крути, а именно от исхода этого противостояния станет ясно, жива ли еще Русская цивилизация и есть ли у нее будущее.

Источник

Церковь против парка. Битва за «Торфянку»

В парке «Торфянка» в Лосиноостровском районе почти неделю длится противостояние между местными жителями и православными активистами. На территории парка строят храм, а местные жители утверждают, что стройка незаконна. Корреспондент «Сноба» побывала на месте событий и попыталась разобраться в сути конфликта

Поделиться:

По разные стороны забора

— А ну-ка помолчите все, смотрите, у нее диктофон в руках! Она из этих провокаторов!

От группы людей отделяется девушка и с грозным видом идет ко мне.

— Вы не хотите прогуляться туда, за забор, откуда пришли?

— Вы ведь за них? Или за нас? — вторит ей женщина средних лет.

Я говорю, что я журналист, и это разряжает обстановку; меня не прогоняют за забор и разрешают включить диктофон.

В парке «Торфянка» в Лосиноостровском районе разыгрываются шпионские страсти. Лужайка разделена на два лагеря. С одной стороны — проволочное ограждение вокруг места, где будет стоять храм, воткнутый в землю большой деревянный крест, строительная бытовка и группа крепких мужчин в балахонах с надписью «Сорок сороков». С другой — несколько палаток, стол с едой и местные жители с детьми и собаками. Молодежь, сидя на траве, играет в настольные игры.

— Здесь так с четверга, — объясняет Ольга, активистка из палаточного лагеря. — В четверг в 11 часов вечера сюда пригнали строительную технику, разбили весь асфальт около парка, поставили бытовку. Сказали, что будут строить храм. Мы, местные жители, сразу вышли защищать территорию. Мы не против храма как такового, но мы хотим, чтобы здесь остался парк. Мы же все живем в соседних домах, гуляем здесь с детьми. А так придется просыпаться от колокольного звона. Да и вообще строительство в парках запрещено. Только статус нашей «Торфянки» вдруг как-то незаметно для всех поменяли, и теперь это уже не парк, а сквер, а это значит — общественная территория, и здесь можно строить объекты, если строительство утвердили на общественных слушаниях. При этом православные активисты называют нас храмофобами, говорят, что у нас тут собралась «атеистическая мразь» и «быдло из Дома-2».

Храм шаговой доступности

Временный храм в честь Макария митрополита Московского строят в рамках программы «200 храмов», которую московское правительство утвердило в 2010 году. Юрий Лужков, который тогда был мэром, пообещал, что не останется таких мест, «где храм Божий не находился бы на расстоянии шаговой доступности». Распоряжение «Об обеспечении мероприятий по выбору земельных участков для проектирования и строительства православных храмовых комплексов на территории города Москвы» подписал глава столичного стройкомплекса Владимир Ресин. С тех пор РПЦ успела получить от столичных властей 143 земельных участка и построить 14 новых церквей.

В Лосиноостровском районе общественные слушания провели еще три года назад, но жителей на них не пригласили.

— По правилам, информация о слушаниях должна быть в районной прессе, но там ее никто не видел, — рассказывает активист Денис Гончаренко. — При этом откуда-то возникли 87 человек, которые проголосовали за.

Полтора года назад жители Лосиноостровского района все же узнали, что в парке «Торфянка» собираются строить храм, и отправили запросы в управу и префектуру, чтобы выяснить, не было ли нарушений в процессе слушаний. Активисты встречались с префектом округа и главой управы района; чиновники объяснили, что стройка законна. Тогда жители обратились в прокуратуру. Та выявила, что слушания действительно провели с нарушениями (в распоряжении редакции «Сноба» имеется копия документа). Тогда жители обратились в суд, чтобы слушания признали незаконными. Бабушкинский суд отказал, потому что с момента слушаний прошло больше 30 дней. Мосгорсуд отменил это решение, но заседания пока не назначил.

— Участок, выделенный под территорию храмового комплекса, составляет 0,2 га из 17 га парковой зоны, — рассказала «Снобу» Елена Ибрагимова, пресс-секретарь Владимира Ресина. — Говорить об исчезновении парка с учетом цифр некорректно. Это фактически не соответствует действительности. При этом Москомархитектурой утвержден градостроительный план земельного участка, который устанавливает максимальный процент застройки 16%. Храм будет размещаться у дороги и не затронет основную часть парка.

Но храм, который строят сейчас, временный. Потом на его месте должен появиться храмовый комплекс, рассчитанный на 300 прихожан, высотой с пятиэтажный дом. Разрешение на строительство у застройщика есть.

История с храмом в Лосиноостровском дошла и до патриарха. В своем официальном обращении он попросил обе стороны прекратить конфронтацию: «Знаю, что храм в Лосиноостровском районе Москвы очень нужен многим местным жителям, которых поддерживает православная общественность. Знаю и то, что некоторые живущие в районе люди, также при поддержке общественных организаций, высказывают возражения против проекта, в том числе оспаривая результаты общественных слушаний по проекту строительства храма в данном месте».

Патриарх просит и православных активистов, и жителей района не приходить в парк и не вступать в споры, пока не будет решения суда. Но стройка, огороженная забором, там уже есть.

— Они, видимо, поняли, что суд им не выиграть, и решили застолбить территорию, — предполагает Денис. — Поставили забор и бытовку.

На божьей стороне

Строительную технику в парк так и не пустили: местные жители заставили проезд автомобилями. Православные активисты пытались вызвать эвакуаторы, но запрета на парковку вокруг парка нет. Теперь по территории, огороженной забором, ходят люди с лопатами и что-то раскапывают.

Вход на стройку перегораживают активисты из организации «Сорок сороков» — православного общественного движения, которое охраняет патриарха на общественных мероприятиях и защищает строящиеся храмы от местных жителей. В организации есть и футбольные фанаты, и участники боев за ДНР.

— Они иногда ведут себя агрессивно, — рассказывает Денис. — Мне вот майку порвали недавно. Но до серьезных баталий не доходит, они ведь знают, что тогда сразу полиция вмешается.

Подхожу ко входу на территорию будущего храма. Говорю одному из охраняющих, что я журналист и хотела бы пройти внутрь, посмотреть.

— Да, заходите, — он ведет меня за забор. — Вот смотрите, там, где песок, будет часовня… А вы из какого издания, кстати? Ах, из «Сноба»? Тогда пройдемте с вами на выход, — ласково говорит он. Что-то в его тоне подсказывает, что лучше не спорить.

Днем оба лагеря ведут себя тихо, смотрят друг на друга издалека. Вечером, когда начинает темнеть, «Сорок сороков» уходят на территорию храма и там совершают совместную молитву.

— Кто же молится после заката? Это уже секта какая-то, — удивляются местные жители.

— Это «молитва по соглашению», — отвечает им Анна Волобоева, православная активистка. — Это значит, что вместе с нами в разных уголках земли другие люди молятся за успех нашего начинания.

Анна — не местная. Она приехала сюда, когда услышала, что жители Лосиноостровского района выступают против постройки храма.

— Они говорят: «Мы не против храмов, мы за леса», — объясняет она мне. — Вы их только послушайте, разве православный человек так скажет? Да я уверена, что многие из местных, кто сейчас протестует, будут рады, когда храм построят, и сами придут сюда молиться. Я считаю, что большинство на самом деле за храм. Ну и что, что здесь парковая зона? Церковь будет дополнять ее и украшать.

Пока мы говорим, ко мне то и дело подходят жители Лосиноостровского и просят не разговаривать с православными активистами, потому что те меня «зомбируют». Чтобы продолжить беседу, приходится их успокаивать. В разговоре выясняется, что Анна — из организации «Сорок сороков». Днем я пыталась связаться с координаторами движения, но они наотрез отказались давать комментарии. Спрашиваю у Анны, почему они так не хотят общаться с прессой.

— А вы не думаете, что они просто стесняются? — отвечает Анна.

С крестом на Донбасс

После молитвы, когда на парк уже опустилась темнота, два лагеря, раньше разделенные несколькими метрами, смешиваются и начинают вести теософские беседы и споры.

— Да я вот на вашем месте рада была бы, если бы у меня храм под окнами строили! Без церкви вырастет погибшее поколение! — доносятся возгласы. На территории противников застройки появляется активист Иван Катанаев, который до этого отказывался говорить с журналистами. Катанаев — бывший футбольный фанат, который теперь защищает храмы вместе с соратниками из «Сорока сороков».

— Это просто предательство — выступать против храма сейчас, в нынешней России, когда идет насаждение этих либеральных ублюдских ценностей, — говорит Катанаев. — Эти люди просто чего-то не понимают. Я сам раньше был язычником, бога хулил, а потом начал книжки читать, и все поменялось. Между прочим, то, что происходит на Украине, — это из-за того, что народ отошел от церкви, у них там церковный раскол. А политика тут ни при чем. Политикам очень легко управлять атеистами — людьми, которые не знают, зачем живут. Я был на Майдане, когда там погибли первые люди, и для меня это все было смешно. Клоунада, бомжатник. Я тогда понял, как Гитлер пришел к власти — вот так вот. У украинцев даже окопы на Донбассе расположены так же, как у фашистских войск. Мы воюем не за территорию Донбасса, а за русский мир, за православие, за особый путь России. Все беды оттого, что люди не борются со своими страстями. Думаете, мне легко сдерживать себя, если тут какой-нибудь пьяный урод мне что-то матом скажет? Да я его могу вынести с пол-удара. Но надо учиться себя сдерживать.

На кофте у Ивана изображен логотип «Сорока сороков» — свирепый воин с мечом, за спиной воина — купола. На рукаве — православный крест.

— Война — не богоугодное дело, — говорит Иван. — Это территория дьявола. Все, что связано с войной и убийствами, — большой грех.

Иван регулярно ездит на Донбасс — привозит гуманитарную помощь, принимает участие в боевых действиях.

— А вы снова туда собираетесь? — спрашиваю я.

— Да, на следующей неделе.

Катанаев уедет воевать на Донбасс, а стройка в Лосиноостровском останется. В парк регулярно приезжают депутаты из КПРФ и «Яблока», из администрации округа пришло письмо о том, что мнение местных жителей принято к сведению, а в «Торфянке» так и стоят два враждебных лагеря и обзывают друг друга. Одни — храмофобами, другие — фанатиками.

Источник

Жители Лосиноостровского района Москвы противостоят строительству храма в местном парке

Планы столичных властей и Московского патриархата Русской православной церкви (РПЦ) по возведению храма в парке «Торфянка» на северо-востоке столицы спровоцировали скандал. Местные жители пятые сутки противостоят строителям и защитникам религиозного объекта из православного движения «Сорок сороков», пытаясь не пустить строительную технику на территорию парка. Активисты, разбившие на месте строительства палаточный лагерь, утверждают, что общественные слушания по строительству храма были проведены с нарушениями, без учета их мнения, и призывают остановить стройку.

Ситуация вокруг планов по строительству церкви в парке «Торфянка» в Лосиноостровском районе столицы накалилась 18 июня. Как рассказал “Ъ” Арсений Прудников, активист инициативной группы жителей, выступающих против строительства храма, пять дней назад в парк прибыла строительная техника — рабочие начали подготовительные работы к возведению храма.

«Они разбили бордюры и огородили несколько десятков квадратных метров парка, где запланировано строительство храма,— рассказал “Ъ” господин Прудников.— Спустя некоторое время после начала подготовительных работ в парк приехали несколько десятков крепких молодых людей в майках с надписью “Сорок сороков”». По словам Арсения Прудникова, молодые люди обосновались на огороженной под строительство территории, разбили там палатку и установили биотуалет: «Все пять дней эти люди находятся в парке, у них постоянно происходит ротация, там примерно человек 40–50, больше всего их на месте появляется под вечер». Господин Прудников отмечает, что молодые люди «ведут себя агрессивно». «Я видел несколько стычек между активистами и людьми в майках “Сорок сороков”, полицейские, которые дежурят на месте, стычки разнимали. Эти люди не представляются, некоторые из них говорят примерно следующее: “Мы воины света, мы всех вас зачистим”»,— утверждает Арсений Прудников.

Сами активисты также разбили в парке палаточный лагерь — они обосновались у въезда в парк, чтобы, как говорит господин Прудников, «мешать строительной технике въезжать на площадку».

«На моей памяти подобного проекта не было»

Лидер движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин заявил “Ъ”, что он с соратниками в конфликты с противниками храма не вступал. «Они плюют в нас, кидаются чем ни попадя, обзываются нецензурными словами, мало бы кто вытерпел, но мы терпим»,— сказал он. По мнению господина Кормухина, конфликт вокруг строительства создан искусственно, поскольку вырубка не грозит деревьям, которые росли в парке. «Под руководством координаторов протеста высаживаются незаконно деревья, чтобы было, что защищать. Но все знают, что деревья, пересаженные в июне, никогда не приживутся, но им нужен положительный символ, чтобы его защищать»,— уверен он. «Да, было решение суда о том, что публичные слушания были законные, это решение опротестовали и отправили в суд первой инстанции. Обычные судебные дрязги, но разве это причина не строить храм? Хотя бы временный. В этом районе много инвалидов и пожилых людей, которые не могут ездить в другой район, да и там храмы переполнены»,— добавил православный активист.

Постановление правительства Москвы, регламентирующее возведение храмового комплекса в парке «Торфянка» на 300 прихожан, столичный мэр Сергей Собянин подписал 30 апреля 2013 года. Согласно документу, под строительство из территории парка было выделено 0,2 га земли (2000 кв. м, или 20 соток); сам парк, как отмечается в постановлении, занимает территорию 6,3 га. По проекту на территории храмового комплекса предусмотрена площадка перед входом в храм, мощение вокруг для проведения крестного хода, стоянка транспорта «маломобильных групп населения» и спецтранспорта. Заказчиком выступает Московский патриархат РПЦ, подрядчиками — ООО «Техно-Стандарт», которое готовит площадку под застройку, и ООО «Зодчий», которое займется строительством храма.

Храмообразующее предприятие

Московские власти обвинения в свой адрес отвергают. Как заявил “Ъ” источник в департаменте строительства Москвы, стройка не территории парка ведется «абсолютно легально». «Между департаментом и финансово-хозяйственным управлением РПЦ еще в 2014 году был заключен договор на безвозмездное пользование конкретным участком, а это означает, что никаких других строений, кроме часовни, там возведено не будет: ни парковок, ни торговых центров или чего-то еще непрофильного»,— сказал он. Собеседник “Ъ” также отметил, что по документам на участке можно вести подготовительные работы: «Что и происходит. А протесты местных жителей, очень похоже, кем-то инспирированы. Есть информация, что активными участниками протестов являются не местные жители, а активисты КПРФ».

Арсений Прудников признает, что депутаты от КПРФ из Госдумы и Мосгордумы действительно приезжали в парк «Торфянка», но протест жителей «не связан с политикой». «Тут гуляли местные жители с детьми, с собаками, после начала строительства парк в его нынешнем виде исчезнет»,— уверен он.

Скандал вокруг строительства храма в парке «Торфянка» не первый в рамках реализации программы «200 храмов». Фактически одновременно с запуском этой программы, курируемой бывшим заммэра Москвы, а ныне депутатом Госдумы Владимиром Ресиным, в столице образовалось немногочисленное, но активное общественное движение, выступающее против храмового строительства. Конфликты в различных районах Москвы в связи с возведением в них часовен и храмов возникают практически регулярно. Одной из самых горячих точек на карте противостояния противников возведения храмов и православных активистов стало Ходынское поле. Там планируется возвести храм Сергия Радонежского, ранее взорванный большевиками. До революции собор был построен для войск московского гарнизона, но в начале XX века стал первой из уничтоженных столичных святынь. Решение о восстановлении храма власти Хорошевского района приняли в 2012 году, и с тех пор не утихает конфликт местных жителей с православными активистами и сторонниками программы «200 храмов». На месте предполагаемого строительства не раз проходили молитвенные стояния, иногда они заканчивались потасовками. В итоге в марте 2014 года было принято решение о переносе строительства к началу бывшей взлетно-посадочной полосы напротив Дворца спорта «Мегаспорт».

Источник

Строим вместе с сайтом Rukami.top
Не пропустите:
  • Строительство храма новомучеников и исповедников российских на лубянке
  • Строительство храма новомучеников и исповедников российских на крови
  • Строительство храма николая чудотворца в подольске
  • Строительство храма на ходынском поле
  • Строительство храма на улице мневники